Золото Au - 3193,33 руб/гр.
Серебро Ag - 38,5 руб/гр.
Платина Pt - 1994,57 руб/гр.
Палладий Pd - 3299,53 руб/гр.
 

Начальный курс экономики: добавленная стоимость. Комментарий к обращению М.Шкадова

16
февраля
2015

Максим Шкадов, президент Международной ассоциации производителей бриллиантов (International Diamond Manufacturers Association, IDMA), явно переживает. Признавая, что предложение бриллиантов намного превышает спрос, он в своем широко распространенном письме–обращении к «уважаемым коллегам» разразился критикой в адрес производителей алмазного сырья, которые, по его словам, «сознательно закрывают глаза на развитие ситуации в этом сегменте». Шкадов продолжает: «Их продажи и модели ценообразования не учитывают спрос и цены на бриллианты, не учитывают стоимость производства, не говоря уже о финансовом обеспечении, необходимом для превращения алмазного сырья в бриллианты». Затем он приводит слова Филиппа Мелье (Philippe Mellier), президента и главного исполнительного директора компании De Beers, который говорит по этому поводу: «Это не ко мне».
Шкадов утверждает в своем письме: «И я как президент IDMA вижу свою миссию в защите интересов тех игроков алмазопровода, которые более всего страдают от политики алмазодобывающих компаний». Конечно ему можно только пожелать большого успеха в этом, но это не означает, что он должен дискредитировать тех, чьи взгляды отличаются от его взглядов, или ставить под сомнение профессиональную репутацию. Если выражаться его словами, то защита нашей собственной порядочности является задачей нашего же издания DIB. Позвольте мне еще привести слова из письма Шкадова.

Аналитики предоставляют «чистый вымысел» …
Шкадов заявляет: «Цифры, которые представили аналитики индустрии на недавних отраслевых форумах, являются чистым вымыслом. В июне прошлого года, на 36 Всемирном Алмазном конгрессе Мартин Рапапорт сказал, что разница между стоимостью алмазного сырья и оптовой стоимостью бриллиантов составляет 30%. В декабре на учредительной Всемирной Алмазной конференции в Индии, Хаим Ивен-Зохар поднял этот показатель до 35%. (Почему он так сделал, выше моего понимания, поскольку в публикуемом им ежегодно алмазопроводе эта цифра колеблется в пределах 16-18%.) Я и мои коллеги, производители бриллиантов по всему миру, говорим вам: это показатель равен нулю!»
Отметив у Филиппа Мелье «полное непонимание реальной цены производства бриллиантов», Шкадов продолжает: «Итак, дорогие коллеги, позвольте сказать правду каждому и тому, кто готов услышать нас.  Нет сколь-либо значимой прибыли в производстве бриллиантов. Разумеется, речь не может идти о марже в 30%, как и о добавленной стоимости в 16-18%. Речь может идти только о выгоде в 5-6%, но это не добавленная стоимость или прибыль, и этих процентов не хватает на финансирование, расходы и скромные зарплаты работников», - сокрушается Шкадов.

Шкадов путает добавленную стоимость с коэффициентом прибыльности
В экономических моделях разница между продажной ценой и себестоимостью продукции является добавленной стоимостью. Мы рассматриваем добавленную стоимость в отрасли как разницу между стоимостью алмазного сырья и стоимостью получившихся из него бриллиантов. На конференции в Нью-Дели, на которую ссылается Шкадов, я показал наши цифры на экранах во время презентации, чтобы все могли увидеть и сфотографировать. Алмазопровод 2013 года показывает, что отрасли было продано алмазов примерно на $15,5 млрд и было продано бриллиантов примерно на $21,6 млрд (в оптовых ценах на бриллианты) далее на следующие этапы обработки.
Алмазопровод также показывает, что эти объемы продаж включают объемы, изъятые из складских запасов, примерно на сумму $0,9 млрд. Таким образом, добавленная стоимость составляет около 29 процентов – это тот же самый диапазон (30 процентов), что приводят и другие аналитики – но, конечно, не 35 процентов! Никакие из моих цифр этого не показывали. На конференции в Нью-Дели я также показывал наши прогнозы на 2014 год - это год, который Шкадов описывает в своем обличительном выступлении. Из этих предварительных цифр мы можем увидеть добавленную стоимость немного ниже 29 процентов.  

Главное - это маржа
В любой ситуации прибыли являются всего лишь одной из составляющих добавленной стоимости. Бо́льшая часть добавленной стоимости включает в себя затраты на рабочую силу, амортизационные расходы, эксплуатационные затраты, затраты на финансирование, затраты на выплату процентов и т. д. В наших моделях прибыли, которые мы с моим коллегой Пранаем Нарвекаром (Pranay Narvekar) представили в Нью-Дели, мы говорили, что, когда мы рассматриваем всю алмазную отрасль так, будто она является одной компанией, которая совершила закупки алмазного сырья на $16,6 млрд (в 2014 году) и получила объем продаж бриллиантов на сумму $22,5 млрд, то чистая операционная прибыль составила бы ноль. Я, собственно, и показал этот слайд на банковской секции, и довольно многие были огорчены: как можно говорить банкирам, что отрасль не делает деньги?
Я пояснил, что это была «общая картина» - есть компании, которые делают деньги, некоторые компании на самом деле делают большие деньги, хотя есть и другие компании, которые явно теряют деньги. Это не обязательно превращает их в компании, представляющие банковские риски; все зависит от собственного капитала компании и качества гарантийного обеспечения. Во время своей презентации я также показал, что в 2014 году мы наблюдали изъятие товара из складских запасов на сумму $1 млрд, что несколько больше, чем в 2013 году. Это могло ускориться в последние месяцы: когда цены падают, а долги необходимо возвращать банкам, многие игроки начинают распродавать товарные запасы с убытком, чтобы только предотвратить бόльшие потери в дальнейшем.
В бизнесе мы ссылаемся на валовую или чистую прибыль в качестве маржи. Мы фактически отделяем прибыль от акций от операционной прибыли. Согласно результатам нашего исследования, в трудном 2009 году перерабатывающая отрасль (сектор производства бриллиантов и торговли бриллиантами, который мы рассматриваем как «одну компанию», которая приобретает и перерабатывает алмазы и продает бриллианты) все же получила скромные $0,2 млрд, но понесла убыток в размере $ 1,6 млрд из-за снижения стоимости складских запасов. Однако в 2011 году на операционном уровне отрасль потеряла $0,3 млрд, но сделала порядка $2,5 млрд на товарных запасах, которые она сохранила. Сравнение алмазного трубопровода: хотя верхняя кривая (мировой объем продаж бриллиантовых ювелирных изделий) поднималась, кривая добавленной стоимости оставалась без изменений.
В нашей презентации в Нью-Дели мы показали банкирам (и присутствующим), что в 2010 году при объеме продаж бриллиантов в $18,9 млрд отрасль в целом получила прибыль в размере $2,4 млрд. В 2011 году при объеме продаж бриллиантов на сумму $22,6 млрд отрасль получила прибыль в размере $2,2 млрд, затем потерпев в 2012 году убытки, когда счет прибылей и убытков мировой отрасли показал $0,4 млрд убытка при объеме продаж на сумму $20,7 млрд. Вместе с тем 2013 году отрасль сработала лучше: прибыль в размере $1,6 млрд при объеме продаж на сумму $21,6 млрд. Это все общие прибыли/убытки, на которые влияли прибыли/убытки от акций. Прибыль в 2014 году мы оценили как нулевую, но нам нужно еще завершить работу с убытками от акций. По отрасли в целом мы находим, что прибыль в 2013 году составила 1,9 процента от объема продаж после одного года убытков и, похоже, перед нулевым уровнем в 2014 году.

Кто здесь писатель-фантаст?
В предложении Шкадова, которое гласит: «Разумеется, речь не может идти о марже в 30-35%, как и о добавленной стоимости в 16-18%. Речь может идти только о выгоде в 5-6%, но это не добавленная стоимость или прибыль, и этих процентов не хватает на финансирование, расходы и скромные зарплаты работников», мы не видим никакого смысла – ни с точки зрения содержания, ни с точки зрения цифр. Может быть, Шкадов смотрит с очень ограниченной и совершенно непоказательной российской точки зрения. Добавленная стоимость для крупных камней (это камни, огранку которых проводит Россия) составляет 15-16 процентов, как уже говорилось. Я не знаю, понимает ли Шкадов, что существуют сотни миллионов мелких камней, огранка и полировка которых производится в Индии, где затраты на рабочую силу (что является частью добавленной стоимости) превышают стоимость алмазного сырья. Таким образом, там добавленная стоимость намного больше 100 процентов. Тем не менее маржа там тоже может быть минимальной или отрицательной. Это две совершенно разные вещи.
Является ли все это точной наукой? Нет. Если смотреть на алмазный трубопровод, то получаешь «снимок» того, что происходит на каждом уровне цепочки создания стоимости. В ней много алмазов и бриллиантов. Алмазу, проданному производителем, требуется в среднем 2,5 года для того, чтобы попасть на палец потребителя. В секторе ритейла обычно товарооборот продукции занимает один год. Если объем продаж бриллиантов (по оптовой цене) в 2014 году достиг $22,5 млрд, это означает, что весь алмазный трубопровод должен иметь объем драгоценных камней на сумму намного больше $55 млрд (включая сырые алмазы в пересчете на цены бриллиантов).
Наши традиционные модели спроса и предложения постоянно пересматриваются и совершенствуются. Наш алмазный трубопровод 2013 года - опубликовано еще раз для справки - включает синтетические бриллианты и бриллианты повторного обращения, поскольку эти факторы стали слишком значимыми, чтобы их игнорировать. Если в 2013 году мы оценивали их все еще в диапазоне $0,5 млрд, то их влияние в 2014 году было значительно больше. Если бы Шкадов проанализировал точные зоны смягчения цен на бриллианты (особенно по размерам и цветам), то он мог бы даже понять, что существуют и другие факторы, оказывающие отрицательное влияние на   предложение, добавленную стоимость и маржи.

Сравнение с дилерами автомобилей…
В прекрасном и очень открытом интервью, взятом Робом Бейтсом (Rob Bates), обозревателем из JCK, у Филиппа Мелье, последний провел сравнение (возможно, довольно неудачное) между диамантерами и дилерами автомобилей. «Если обратиться к бизнесу, который я знаю очень хорошо – дилерство автомобилями, - то там делают 1,5 процента и улыбаются, будучи счастливы этому», - приводятся слова Мелье. В своем письме Шкадов ссылается на сравнение Мелье и объясняет: «Ну, возможно, сейчас самое время, чтобы Мелье и другим выкроить время, чтобы изучить бизнес и гранильную отрасль. Алмазная индустрия кардинально отличается от автомобилестроительной промышленности, поскольку из почти одинаковых алмазов по одинаковой цене производятся совершенно разные бриллианты». «Из одного алмаза выйдет бриллиант, который будет стоить как Renault Laguna (дорогая люксовая модель седана), а другой потянет всего лишь на Renault Clio (более дешевая компактная модель). В нашем распоряжении весьма продвинутые планирование, практика принятия решений и производственные технологии, но нет никаких гарантий, каким будет конечный результат, и мы все, члены IDMA, знаем, что это значит: мало того, что мы не в состоянии предсказать добавленную стоимость на нашу продукцию, но и не можем гарантировать или планировать их качество и характер», - отмечает Шкадов.
Его аргумент мог бы быть убедительнее, если бы он упомянул, что автодилеры не продают в кредит, что они не принимают на себя риски, которые принимают дилеры бриллиантов, включая риски, связанные с ценой, кредитные риски и т. д., и, что еще важнее, когда они покупают автомобиль, они точно знают, какую модель они получают. Им не нужно брать на себя обязательства за несколько месяцев до того, как они выяснят, что получают. Диамантеры больше похожи на сборщиков автомобилей, которые полагаются на милость своих поставщиков.

Просто дешевая риторика
Но мы не хотим комментировать все написанное Шкадовым, кроме его необоснованных нападок на «аналитиков». Шкадов заявляет: «Если маржа такая, как описывают аналитики, то с какой радости сайтхолдеры и другие ключевые клиенты должны быть готовы продавать свои боксы, упакованные и запечатанные, по марже всего 1,5-2%? Как будто они автодилеры, торгующие машинами из демонстрационных залов?». Горькая правда заключается в том, что – как этот аналитик также заявил в Нью-Дели, но Шкадов явно не слушал, – рассматривая перерабатывающую отрасль в целом, в 2014 году прибылей не было. При падающих ценах отрасль не может еще пока определить, каков на самом деле убыток. Торговля алмазами все еще является одним из способов сделать некоторые деньги: получение непосредственной прибыли всего лишь в 1,5 – 2 процента на бокс в виде наличных средств часто является более интересным коммерческим предложением, чем огранка и полировка этих камней.
Если бы только Максим Шкадов понимал разницу между добавленной стоимостью и коэффициентом прибыльности, он бы не написал это письмо. Нападки на тех, кто зарабатывает на жизнь, анализируя экономическую эффективность отрасли и делясь своими результатами с большим количеством людей – как это делаем мы, – не является правильным началом нового года. Именно за тех, кто мог пропустить начальный курс экономики по теме о добавленной стои
Rough&Polished