Золото Au - 2579,54 руб/гр.
Серебро Ag - 30,81 руб/гр.
Платина Pt - 1766,3 руб/гр.
Палладий Pd - 2277,27 руб/гр.
 

Российская огранка: побег из прошлого

01
октября
2018

Российская алмазогранильная отрасль производила и производит безукоризненные образцы своего дела. Созданная в первой половине 60-х годов по распоряжению советского премьера Алексея Косыгина, гранильная промышленность — будущая сеть заводов «Кристалл» - была призвана решить казавшуюся еще недавно буржуазным пережитком задачу использования бриллиантов в товарах народного потребления. Бриллианты и ювелирные изделия не входили в перечень первоочередных нужд советского человека и в основном экспортировались с целью увеличения валютных поступлений. С самых первых дней своего существования бренд отечественной огранки символизировал высочайшие стандарты качества. Во многом это было связано с особенностями производственного процесса. Советские огранщики, в отличие от зарубежных, были ограничены в первую очередь не выходом годного, а точным исполнением технического задания, т.е. качества огранки и полировки. Огранщик старался обеспечить бриллианту идеальную форму, зачастую не считаясь с потерями, что казалось немыслимым его коллеге из Израиля или Бельгии.

        Тем не менее стоимость реализуемых бриллиантов не позволяла компенсировать убытки отрасли, вызванные отказом от максимально эффективного использования алмазного сырья. Затратная экономика производства отталкивалась от мнения о неисчерпаемости ресурсов качественного сырья; по выражению специалистов, камни запускались в производство, как в «черную дыру». Задолго до 1991 года отечественные ограночные предприятия были убыточными и дотационными. То, что часть из них сохранилась до наших дней, связано скорее с локальными причинами и обстоятельствами, чем с законами экономики, которые были неумолимы ко многим израильским, бельгийским, а еще раньше американским конкурентам. Высокие издержки на рабочую силу и оборудование не способствовали их победе в естественном отборе, изначально суровом к этому сегменту «алмазного трубопровода» из-за неравномерного распределения маржи в пользу добывающих компаний и ритейла.

        По данным Bain, в 2017 году рентабельность в сегменте огранки упала ниже 1-2%, в лучшие времена этот показатель не превышал 5%, что заметно ниже 27-28% в добыче и 9-11% у крупных ритейлеров. Цены на бриллианты практически не следуют за восходящим трендом цены алмазного сырья, являющегося ходовым спекулятивным товаром, и из-за длительности цикла обработки, огранщики теряют маржу при реализации. Российские производители бриллиантов, в отличие от менее разборчивых индийских коллег, конкурентноспособны в огранке относительно крупных алмазов - от 2 грейнеров (0,5 карата). Доля такого сырья в срезе добычи АЛРОСА как минимум не возрастает, а скорее даже снижается под влиянием ввода в разработку беднотоварных месторождений, исчерпания или бездействия богатых трубок (в т.ч. трубки "Мир"). Огранка алмазов в России стремительно сокращается — по данным смоленского «Кристалла», в 5 раз за последние 10 лет. Сейчас в России, одной из крупнейших алмазодобывающих стран, производится всего 700 тыс. карат бриллиантов.

         Для российских огранщиков условия до определенного момента были даже более выгодными, на зависть другим коллегам по цеху. Они могли получать от АЛРОСА наиболее крупные алмазы, высоких цветов и качества, в составе так называемых лотов selected. Производство бриллиантов из таких камней высокорентабельно даже при российских издержках, формирующихся во многом из-за высоких (по сравнению с Индией) зарплат. Зачастую еще большую премию можно было получить при перепродаже алмазного сырья. К активной перепродаже, вызывающей обоснованное недовольство АЛРОСА, огранщиков подталкивало взимание НДС при продаже алмазного сырья внутри страны. За счет доступа к лучшему сырью и перепродаж отрасль некоторое время находилась в тепличных условиях. Пресечение практики лотов selected в 2010-е годы нанесло российской огранке ощутимый удар, но другая важная преференция — экспортная 6,5%-ная пошлина на алмазы - оставалась неприкосновенной до сентября 2016 года.

        Благодаря пошлине стоимость сырья для работающих в России предприятий была ниже, чем для зарубежных, что позволяло им быть конкурентоспособными при обработке определенных категорий сырья. Отмена пошлины сделала условия торговли равными, и цены для российских клиентов сразу выросли на 6,5% («Кристалл» в отчетности отмечал, что в некоторых случаях рост достигал 8-10%). На практике условия скорее можно назвать неравными, ведь в стоимости алмазного сырья для российских клиентов «сидит» 18% НДС. Экспортируя бриллианты, огранщики получают возмещение НДС, но из-за долгого цикла переработки алмазного сырья и задержек с оформлением налоговых документов компаниям необходимо увеличивать на те же 18% оборотный капитал, привлекая деньги в банке, что приводит к дополнительному рост себестоимости.

        Реагируя на озабоченность российских клиентов, АЛРОСА увеличила им размер отсрочки платежа с 50 до 75% от контрактной стоимости закупаемого алмазного сырья на полгода. Внутренний рынок получил дополнительные квоты в наиболее эффективных для обработки позициях алмазного сырья. Как признает знакомый с ситуацией источник, эту мера далась АЛРОСА нелегко, ведь высокоэффективное крупное и цветное сырье компания может продавать на тендерах и аукционах, получая дополнительную премию. Взамен АЛРОСА обязала локальных покупателей гранить в России не менее 50% закупаемого сырья.

        К спасению отечественной огранки подключилось и правительство — тем более что еще до отмены пошлины, в середине 2014 года, курирующий АЛРОСА вице-премьер Юрий Трутнев поставил задачу увеличения дополнительной стоимости за счет переработки алмазов внутри страны. Сама идея увеличения стоимости за счет дотаций находящейся в затяжном кризисе огранке представлялась дискуссионной; скорее,это походило на операцию по спасению отрасли за счет АЛРОСА, что вызывало ожесточенное сопротивление тогдашнего президента компании Федора Андреева, вынужденного уйти в отставку. АЛРОСА действительно стратегически невыгодно ослабление огранки, которая является основным покупателем алмазного сырья. Но конкретно российская огранка в этом смысле не приоритетна, так как на нее приходится не более 10% продаж российского алмазного монополиста.

        После отказа от нескольких нежизнеспособных проектов вроде организации ТОР в Якутии, выделяющейся большими издержками из-за климатических условий даже среди российских регионов, оптимальным вариантом был выбран гранильный кластер во Владивостоке. Это должна быть зона льготного налогового и таможенного режима, резиденты которой получали дополнительные квоты алмазного сырья АЛРОСА под открытие на месте обрабатывающих мощностей. Зона ориентировалась на зарубежных участников рынка, что логично. В конце концов, поддержка существующих неэффективных предприятий — не единственный путь развития переработки алмазов внутри страны.

        Собственно, к российским представителям гранильной отрасли можно отнести смоленский «Кристалл», якутский «ЭПЛ Даймонд» и «Бриллианты АЛРОСА» (барнаульский и московский заводы «Кристалл»). Все они выживают по-разному. «Бриллиантам АЛРОСА» помогает то, что, являясь филиалом, им не приходится платить за сырье. Огранка мелкого сырья локализована на заводе в Барнауле, а в Москве, где оплата труда значительно выше, гранятся только крупные и цветные камни. Произведенные бриллианты экспонируются и реализуются в составе коллекций в расчете на маркетинговый эффект. Продажа бриллиантов из коллекций учитывается в финансовых результатах «Бриллиантов АЛРОСА», а расходы на маркетинг ложатся на материнскую компанию.

        ЭПЛ диверсифицировался в ювелирный ритейл, при поддержке властей Якутии создал сеть магазинов по всей России. В отличие от «Кристалла», специализирующегося на бриллиантах от 1 карата огранки Triple Excellent и следящего за новинками стиля итальянских коллекций, ЭПЛ предлагает и доступные широкому кругу потребителей бриллианты, что позволило этой компании стать самым узнаваемым российским брендом. Тот факт, что некоторые бриллианты 0,1 карата и меньше в интернет-магазине ЭПЛ не содержат дополнительной аннотации «якутский бриллиант» (в отличие от более крупных и при общем рекламном слогане и концепции чисто «якутских бриллиантов») бросается в глаза только особо искушенным покупателям.

        Объем реализации «Бриллиантов АЛРОСА» сопоставим с «Кристаллом» (около $100 млн), но персонал более чем в 3 раза меньше (550 человек против 1800 человек у «Кристалла). ЭПЛ производит бриллианты на $80 млн, на ювелирном и гранильном заводах компании занято около 300 сотрудников. «У «Кристалла» профессиональная команда, отличное оборудование, адаптированное под их нужды. Огранщики и полировщики - одни из лучших. Это старая школа, в лучшем смысле этого понятия. Но здание и площади, которые они занимают, социальная функция, музей и ветераны – это очень много [с точки зрения издержек]. Эффективность на единицу персонала или площади у «Кристалла» очень низка. Индусы так не живут. Причем даже для индусов огранка часто является одним из видов деятельности, зависящим от донорского бизнеса», - говорит источник, знакомый с бизнесом «Кристалла».

        Еще несколько небольших отечественных компаний принадлежат государственному «Алмазювелирэкспорту», через который в контрольных целях реализуется 5% производимых в стране алмазов. Остальные представители внутреннего рынка - «дочки» индийских компаний, открывшиеся в российской юрисдикции как дополнительный канал доступа к сырью. «С.Д.Даймонд" и "ДДК" являются российскими филиалами KGK Group, «Айвес» - дочка Excel Overseas.

        После отмены пошлины индийцам было бы логично задуматься о переводе огранки во Владивосток. Тем не менее спустя 2 года после открытия владивостокского алмазного кластера у него всего один резидент — KGK. Инвесторов останавливает необходимость гранить весь объем выделяемой квоты во Владивостоке, где потребуется еще много времени и усилий для создания необходимых компетенций, признает один из организаторов владивостокского Алмазного центра. «Требование обработать все сырье на месте невыполнимо в принципе — не все содержание лота пригодно к обработке. В какой-то момент интерес к Владивостоку был велик, но потом выяснилось, что не существует механизма для реализации обещанных льгот. Кто-то пытался получить льготы, но сталкивался с непреодолимым документооборотом», - говорит он.

        Один из ветеранов отрасли «Руиз Даймондс», поставлявший алмазы Московскому ювелирному заводу (МЮЗ, оба актива принадлежат Льву Леваеву), прекратил бизнес вскоре после отмены экспортной пошлины на алмазы. Примечательно, что израильская LLD Diamonds в списке долгосрочных клиентов АЛРОСА осталась, а российский «Руиз» не дождался анонсированной Минфином отмены НДС — ключевой меры в разработанной министерством «дорожной карте» по поддержке огранки. Формализация процесса отмены НДС заняла достаточно много времени: законопроект об отмене Минфин планировал внести в апреле-мае 2018 года, с учетом квартального периода выплат НДС механизм может заработать не ранее IV квартала. Дополнительные сложности у компаний, экспортирующих свою продукцию (в первую очередь «Кристалла»), возникли и в связи с укреплением рубля в 2017 году.

        В 2017 году «Кристалл» впервые как минимум за 5 лет получил убыток от продаж (1,356 млрд рублей против 420 млн рублей прибыли годом ранее). Выручка смоленского предприятия сократилась на 22%, до 9,22 млрд рублей, чистый убыток возрос с 208 млн до 1,92 млрд рублей. Спасать «Кристалл» была призвана АЛРОСА. Примечательно, что на тот момент даже вице-премьер Юрий Трутнев признал нецелесообразность покупки «Кристалла», но новое руководство компании рассудило иначе. АЛРОСА видит синергию с «Кристаллом» «в части оптимизации ассортимента сырья и себестоимости огранки. Если «Кристалла вольется в АЛРОСА, наше финансовое состояние позволит оптимизировать все потоки, посмотреть, как правильно выстроить работу... Нет задачи просто взять на себя обязательства и убытки... Мы, естественно, рассчитываем, что этот бизнес [огранка] может приносить небольшую маржу. В мире в огранке маржа очень небольшая, а для того чтобы сделать ее в России небольшой, нужны достаточно большие усилия», - комментировал будущую сделку глава АЛРОСА Сергей Иванов. Если внимательно прочитать эту цитату, в ней можно найти все, кроме главного: объяснения причин, по которым такая сделка была бы экономически выгодна в текущей или среднесрочной перспективе.

        До того, как вопрос о приобретении «Кристалла» со всей неумолимостью встал перед АЛРОСА, компания анализировала, какие меры можно предпринять для оздоровления ситуации (и в том числе чтобы этого приобретения не допустить). Участник дискуссии вспоминает, что при обсуждении перспективы продвижения бренда Russian Cut было высказано мнение о том, что заданный с советских времен норматив по качеству является излишним. «Затраты на получение бриллианта избыточного качества неоправданны. Камень становится чрезмерно хорош, это может быть оценено только очень узкой клиентской группой. На уникальных камнях – крупных, высоких цветов и качества, такие упражнения нужны. Но на поток – на среднем качестве по включениям и цвету - наверное нет», - говорит источник.

        Так нужна ли действительно в России огранка в существующем виде? Долгое время этому сектору в силу исторических, социальных и других обстоятельств создавались тепличные условия. Как только режим стал обыкновенным, корабль стал тонуть. Господдержкой пользуются и индийские производители, но это отнюдь не единственный фактор, обеспечивающий их выживание и доминирование. Мантра главы «Кристалла» Максима Шкадова о необходимости поддержания отечественной огранки во избежание чрезмерного усиления позиций Индии, которая скоро сможет диктовать свои условия алмазодобытчикам, выглядит убедительно лишь на первый взгляд. Во-первых, индийская отрасль слишком фрагментирована и не обладает неограниченным дешевым кредитом для того, чтобы представлять опасность с точки зрения демпинга. Во-вторых и в главных, отечественная огранка даже теоретически не может быть опорой АЛРОСА, так как ее роль и значение на рынке значительно уступают индийским.

        И тем не менее мы близки к положительному ответу на вопрос о целесообразности сохранения огранки. Пусть и не в таких объемах и формах — на что и указывал Сергей Иванов, говоря о возможности оптимизации части функционала «Кристалла». Дело не только в том, что непосредственная экспертиза в midstream позволяет лучше понимать ценообразование на рынках бриллиантов и алмазов. АЛРОСА и других производителей в принципе устраивает нынешнее положение вещей, при которой индийская огранка доминирует в низко- и среднестоимостном сегменте. Но если господдержка в Индии пропадет или ослабеет, остальные огранщики не справятся с массой нуждающегося в обработке сырья. Огранка станет «золотой», отвоевав в «алмазном трубопроводе» часть рентабельности у алмазодобычи. Образовавшуюся в этом случае проблему дефицита кадров должен кто-то решить. И, наверное, лучше, если ее решит стабильно функционирующее и способное к трансформации подразделение компании, а не находящийся в состоянии перманентного финансового кризиса производитель, живущий по лекалам прошлого.

        В наши задачи не входит детальный экспертный анализ финансового состояния российских огранщиков – данные баланса могут не отражать реальные финансовые потоки. Центры прибыли российских «дочек» зарубежных диамантеров, вероятно, находятся вне пределов юрисдикции РФ. и показатели российских ООО в этом смысле не столь показательны. Но данные по компаниям, ведущим основную деятельность на территории России (вроде «Кристалла»), с определенными оговорками могут считаться вполне красноречивыми. Игорь Лейкин, Rough&Polished


         ПРИЛОЖЕНИЕ

        Финансовые результаты российских гранильных предприятий — участников ALROSA Alliance в 2017 году, тыс. руб.
         * приведены неконсолидированные данные баланса. Отчет по МСФО за 2017 г «Кристалл» не публиковал
         **контролируются одной головной компанией – кипрской Hammarby Limited
         *** экс-Барнаульский завод «Кристалл»

 


analyt_01102018_rus